Статьи

Подписаться на RSS

Популярные теги Все теги

Практическая работа

   ИНСУЛЬТ, СВЕЧА ЗАЖИГАНИЯ И ПСИХОЛОГ

- Пожалуйста, помогите! У него никого нет. Совсем никого. А я старая, очень старая. Как же он жить будет? Что с ним дальше–то будет? Я Вас очень прошу, сделайте что-нибудь! У него ни жены, ни детей. Кроме меня ни одного родственника!

     Выезд на дом. Психолого-логопедическая работа. Мужчина, не старый. 49 лет. Инсульт, случился полгода назад.

     Ну что ж, посмотрим.

   Зима. Вечер. Квартира. Стол. Кресло. В кресле – существо. Лица не видно. Сплошная шерсть. Кое-как разглядела глаза. За очками. Тусклые, безжизненные. А как с речью? Её нет. Одно слово «Мама!».

   Так, уже неплохо! Два звука есть! С них можно начинать. Но как же наладить контакт? Как сделать так, чтобы он мне поверил? Он ведь на себе крест поставил! А ведь водитель-дальнобойщик, байкер! (И, конечно же, нечаянно, абсолютно случайно, в моей сумочке завалялась свеча зажигания)).

   - М. А., скажите, пожалуйста, что это? Узнаете?

   Подаю ему. Он осторожно берет. Долго–долго разглядывает и, как прорвало:

   - Мама, мама, мама, блин, мама, мама, блин, мама!

   Даже пытается приподняться в кресле…

   Уф! Контакт налажен.

   - М. А., Вы согласны работать?

   Не понимает. Ну, не беда, начнем.

  Вытащить его врачи вытащили, а дальше надо помогать восстанавливаться, а некому. Маму он не воспринимает. Инсульт очень сильный – память практически потерял, ничего не понимает, ни писать, ни считать, ни читать, ни говорить; предметы не узнает, цвета не видит. И вдобавок очень сильная агрессия.

В дверях стоит мама, смотрит с надеждой:

  - Пожалуйста, сделайте что-нибудь!!!! Он ведь молодой! Мне кое-как удалось уговорить его, чтобы к нему позвали специалиста. Он выбрасывает все таблетки! Массажиста на порог не пускает! Пожалуйста, не отказывайте! Я умру – что с ним станет?

  Первые месяцы – это был просто ад. Для меня, для него, для мамы. А в конце месяца – первый успех: прихожу – в кресле – опрятно одетый, чисто выбритый наголо мужчина.

  -М. А., а ведь Вы очень и очень симпатичный!

Мама с гордостью:

  - Это он для Вас! Сам побрился и подстригся!

  С того времени прошло два года. Занятия проходят регулярно. Говорит, читает, пишет. Абсолютно все понимает, способен принимать решения. Применяем всё новое, что есть в нейротрансформинге, для скорейшего выздоровления. Восстановление идет очень быстро. Перевели с первой на вторую группу. Одно плохо. Самостоятельно категорически отказывается что-либо делать. Только вместе. Но ничего, выберемся!

   И, последняя новость, купил себе часы. Хорошие.

Практическая работа

new! ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВТОРИЧНЫХ ВЫГОД В ПСИХОЛОГИЧЕСКОМ КОНСУЛЬТИРОВАНИИ ТЯЖЕЛОБОЛЬНЫХ

Палкина Леся Андреевна

Баева Юлия Матвеевна



   Особенности психологического восстановления тяжелобольного зависят от его внутренней готовности к изменению – копингу. Здесь, при работе с клиентом психолог прямо упирается в такой фактор, как «вторичная выгода» от болезни.

Такое явление описывается как «выгодность болезни», «условная приятность болезни», «ВОЛЯ К болезни», «бегство в болезнь», «устремление к болезни», «искание болезни».

   Впервые о выгоде болезни говорил З. Фрейд, Ему принадлежат понятия «первичная выгода» и «вторичная выгода» [1].

  Первичная выгода относится к мотивам, ведущим к образованию и первому проявлению симптомов. Состоит: Внутренний компонент - выгодам от симптома как компромиссного образования между конфликтующими инстинктивными влечениями и силами вытеснения (Сверх-Я). Внешний компонент первичной выгоды относится к использованию симптома для смягчения межличностных конфликтов или иных внешних угроз, служащих пусковым механизмом внутреннего конфликта.

  Вторичная (эпизоническая) выгода представляет собой преимущество, которое пациент получает от уже сформированных симптомов, то есть преимущество, которое он не предполагал или не намеревался (бессознательно) получить в начальный период симптомообразования. Вторичная выгода также может иметь внутренний и внешний элементы (Katz, 1963, с. 48). Внутренний элемент относится к возможностям использовать болезнь для регрессивного, нарциссического удовлетворения, а внешний – к преимуществам, получаемым в межлич­ностных отношениях и жизненных ситуациях.

  Феномен формирования вторичной выгоды от болезни изучен мало. Исследователи лишь предполагают, что в нем могут принимать участие механизмы психологической защиты, в частности рационализация и интроекция. Она, в свою очередь, состоит из элементов, различающихся по степени осознавания. Так, совокупность представлений о себе в роли больного как составная часть «образа Я» осознается полностью, а внешняя и внутренняя болезни включает в себя как осознаваемые, так и бессознательные части [3, С.33].

  Вопрос вторичных выгод ассоциируется с истерическим неврозом. Возникновение болезни дает определенные житейские выгоды – либо уход из тяжелой ситуации, либо уход от ставшей несносной действительности. Таким образом, болезнь помогает решить жизненные проблемы, которые личность не может решить другим способом [4, С.23 – 25].

   Исследования К. и С. Саймонтонов выявили, что:

– любая болезнь дает возможность уйти от неприятной ситуации или проблемы;

– любая болезнь дает возможность получить заботу, внимание или любовь;

– любая болезнь дает возможность для переориентации энергии и переосмысления информации;

– любая болезнь стимулирует для переоценки жизненной ситуации;

– любая болезнь убирает необходимость соответствовать сверхвысоким требованиям [6].

  Между тем,пользуясь болезнью как способом удовлетворения определенных потребностей, больнойможет оказаться в неприятном положении.Потому как, результатом таких заболеваний являются серьезные осложнения в здоровье или летальный исход.

  Определение выгоды от болезни происходит при консультации с психологом.

Начиная с полного отрицания своих вторичных выгод, клиенты в ходе собеседования вынуждены признать, что благодаря болезни они удовлетворяют определенные потребности.

  Рассмотрим тяжелобольных клиентов

Выявление вторичных выгод у тяжелобольных клиентов

Выгода

Клиент М.

51 год,

афазия после инсульта

Клиент В.

57 лет,

афазия после инсульта

Клиент Л. 53 года,

онкология

Разрешение уйти от ситуации или проблемы

Нет необходимости работать до пенсии, заботиться о престарелой матери

Не надо работать после пенсии,

решать семейные проблемы

Отсутствие работы не порождает страхи по сокращению с нее

Получение дополнительной заботы, любви, внимания

Всё внимание матери сконцентрировано на сыне

На ней сконцентрировано всё внимание мужа и сына

Муж стал меньше пить, сыновья проявляют намного больше заботы и внимания, чем раньше

Обретение условий для переориентации

Я не смогу работать (сын), поэтому давай продадим твою квартиру(матери) и будем жить на эти деньги в садовом домике

Я вынуждена принять помощь от неприятного мне человека (невестка). Я за Вами столько лет ухаживала, теперь вы ухаживайте за мной.

Теперь я могу заняться исключительно своим внуком!

Стимулирование переоценки себя и изменения поведения

Мне можно ничего не делать, врачи сказали, что со временем само всё восстановится

Моя жизнь прошла не так, я всё время делала то, что необходимо было другим

Буду делать то, что хочу! У меня нет обязанностей перед обществом

Исключение необходимости соответствовать завышенным требованиям

Я тяжело болен, поэтому не смогу продолжить свой род

Не могу и не хочу больше ухаживать за всеми вами!

Я устала от работы и пьянства мужа! Больше нет сил держать семью «в кулаке!»


  Клиент М. 51 год, 1 группа инвалидности. Тяжелое речевое расстройство после перенесенного ишемического атеротромботического инсульта: моторная, частично сенсорная афазия, правосторонний выраженный гемипарез правой руки. Речь нарушена по типу сенсорной моторной афазии. Образование – техническое училище. Увлечения – мотоцикл (байкер). До болезни работал водителем-дальнобойщиком.

   Работа с данным клиентом ведётся третий год. Ее начало было очень сложным. Полтора года с клиентом велась психолого-логопедическая работа. Речь восстанавливалась медленно, и, чтобы ускорить процесс, было принято решение продолжить логопедическую работу с элементами транса [2, С.20.]. В частности, использовались техники С. Ковалева на протяжении двух месяцев. Результат превзошел ожидания. Очередная ВТЭК присваивает Клиенту М. 2 группу инвалидности. Однако по второй группе инвалидности пенсия меньше. Происходит конфликт между результатом работы психолога и ожиданиями клиента. После переосмысления ситуации клиент потребовал продолжить занятия в более интенсивном режиме. Для обеспечения качественной работы появилась необходимость выявить все вторичные выгоды. Клиенту была предложена методика определения получения вторичной выгоды от болезни. Снова применяется «трансовая психотерапия» в сочетании с логопедической работой [8].

   Клиент Л. 53 г., онкология. К психологу обратилась после операции и проведения шести химиотерапий, 2 группа инвалидности. С начала заболевания прошло 3 года. Первая консультация началась сразу с определения вторичных выгод от болезни. Когда клиенту было разъяснено, что это такое – она стала категорически отрицать их наличие. Однако во время работы все пять основных категорий выгоды были выявлены и клиент полностью согласился с тем, что они тормозят его выздоровление. При применении «трансовой психотерапии» клиенту был предложен другой способ получения этих выгод. Очередная ВТЭК присваивает Клиенту Л. 3 группу инвалидности.

   Клиент В. 57 лет, геморрагический инсульт, эфферентная моторная афазия тяжелой степени выраженности. При первичном консультировании определено присутствие вторичных выгоды от такого состояния у клиента. Клиент с этим полностью согласился, была проведена коррекция этих выгод. Занятия приносили полное удовлетворение, как клиенту, так и психологу.

  Первичная выгода является одним из скрытых источников заболевания. Вторичная – способствует переходу патологического процесса в хронический и, даже, инвалидизацию больных.

   Таким образом, проведенные нами теоретические и эмпирические исследования свидетельствуют о весомой роли психики в возникновении и течении заболеваний, а также необходимости дополнения соматического лечения психотерапией или оказанием психологической помощи для решения сложных жизненных ситуаций и внутриличностных конфликтов, которые привели к болезни и поддерживают ее.


Список литературы:

1. Жмуров В.А. Большая энциклопедия по психиатрии, 2-е изд., 2012 г. – 634 с.

2. Ковалев, С.В. Основы нейротрансформинга или психотехнологии управления реальностью М.: Твои книги, 2014. – С.20.

3. Молчанова Е., Авдошина Т. Вторичная выгода от болезни и механизмы психологической защиты у пациентов с соматоформными расстройствами и шизофренией // Социальная и клиническая психиатрия № 3, т.16. 2006. – С. 33.

4. Набиуллина P.P. Проблема «Вторичных выгод» в психотерапии психосоматических заболеваний // Альтернативная медицина. – 2007. – №1. – С.23 – 25.

5. Психоаналитические термины и понятия: Словарь/Под ред. Борнесса Э. Мура и Бернарда Д. Фаина/Перев, с англ. А.М. Боковикова, И.Б. Гриншпуна, А. Фильца. – М.: Независимая фирма «Класс», 2000. – 304 с.

6. Саймонтон К., Саймонтон С Возвращение к здоровью (Новый взгляд на тяжелые болезни). – СПб.: Питер, Пресс, 1996. – 283 с.

7. Хекхаузен Х. Мотивация и деятельность: В 2 т. Т. 2. М: Педагогика, 1986. С. 234 – 248.

8. http://www.centernlp.ru/library/ – C. Ковалев «Исцеление с помощью НЛП».



из опыта работы

                                                                                                                        

                                                                                                      nev!  Клиентка И. М.                                                                                                                                               72 года 

    Звонок. Беру трубку. Слышу: «Леся Андреевна, Леся Андреевна, как же так… Ведь ему дали вторую группу!». Голос убитый, убитый…. У меня полное недоумение: «А Вас что, это не устраивает?» «Нет! Мы потеряли первую группу, потеряли пенсию…». Собеседница плачет. Понятно…

    Упорная, тяжелая работа в течение 1 года и 10 месяцев дала результат. Больной М., 50 лет, ишемический атеротромботический инсульт: моторная, частично сенсорная афазия, правосторонний выраженный гемипарез правой руки. Речь нарушена по типу сенсорной моторной афазии.[1]  Её сын стал говорить. Начал восстанавливаться. И быстро восстанавливаться!  Особенно после применения методов Нейротрансформинга[2].  И медкомиссия  перевела на 2-ю группу инвалидности.

     Вечером опять звонок: «Простите, пожалуйста! До меня только сейчас дошло, что он восстанавливается! Спасибо Вам огромное!»


P. S. Работа с М. продолжается…

                                                                                                                            Декабрь 2014, Екатеринбург


    [1] Инвалидность и её влияние на развитие семьи в современном социуме / Л. Г. Попова, Е. Ю. Конюхова, Л. А. Палкина и др. // Семья в современном социуме: междисциплинарные связи. Коллективная монография / под ред. М. В. Носковой, Е. П. Шиховой. – Екатеринбург: ГБОУ ВПО УГМУ, 2014.- С. 321-383.ISBN http://elar.urfu.ru/bitstream/10995/26341/1/978-5-89895-629-5_2014.pd 

    [2] Палкина, Л.А. Опыт оказания психолого-логопедической помощи больному афазией при введении его в состояние транса /Л.А. Палкина// Психотерапия. - 2014. - № 10. - С. 57 -59.





отрывок из статьи

                                                                                                                                  (nev) Л. Палкина 

                                                                                                         ИЗ СТАТЬИ

                    Афазия (от др.-греч. ἀ — отрицательная частица и φάσις — проявление, высказывание) представляет собой полную или частичную утрату уже имевшейся речи.

Больной М., 50 лет, ишемический атеротромботический инсульт: моторная, частично сенсорная афазия. Речь нарушена по типу сенсорной моторной афазии.

   К психологу обратились  через 6 месяцев после перенесенного инсульта. На первом занятии выяснилось, что больной может произносить с грозными вариациями слова: «мама», «нет», «раз, два», «блин» и ненормативную лексику; эмболы «с», «бу-у-дет». Первичное нейропсихологическое исследование речи по методике Е. Д. Хомской [7], показало, что речь у больного практически отсутствует – не выполнено ни одно из предложенных заданий.

   Упорные занятия (1 год и 2 месяца) подвели больного к тому этапу психолого-логопедических занятий, где логопедическая цель – стимуляция фразовой речи. Психологическая цель – упрочение вербально-образных связей (преодоление нарушений пространственного и конструктивного праксиса).

Здесь к работе с больным был подключен такой элемент психотерапии как легкий транс.

  Работая по восстановлению речи мы создаем не только внешние образы, но и вырабатываем внутренние, так называемые "мыслительные образы". Под мыслительными образами подразумеваются наши стереотипы и образы мышления. Обычно, подходя к этому этапу работы, психолог достаточно хорошо знает характер своего пациента, и вызывает у него образы, которые, как он считает – наиболее близки больному. На самом деле не слова диктуют образы, а принятый человеком образ наполняет слова сутью.

  Первые же беседы с таким больным, находящимся в трансе, показали, что он может самостоятельно отвечать на вопросы (избегая выбора между двумя вариантами, предложенными психологом), когда транс вызван на очень близкую больному тему. Например, больному было предложено ощутить себя за рулем автомобиля. Представить, как садится за руль, нажимает на педаль газа, набирает скорость, включает музыку и т. д.

  Другой же предложенный вариант – представить круг, трансформировать в квадрат, затем в треугольник – ничего не дал. Больной просто не в состоянии был понять, что от него требуется.

   Итак, транс – это измененное состояние сознания, когда фокус внимания направлен не во внешний мир, как в обычной жизни, а во внутренний. Наш мозг не способен постоянно находиться на пике сознательного контроля, ему необходимы периоды расслабления (или же транса). В эти минуты психика работает по-другому: активными становятся структуры, отвечающие за интуицию, образное мышление, творческое восприятие мира. Открывается доступ к ресурсам внутреннего опыта. Именно в этом состоянии к нам приходят всевозможные озарения или внезапно находятся ответы на вопросы, над решением которых мы бились долгое время.

  В состоянии транса человек становится более открытым, восприимчивым к позитивным изменениям, легко обучается, открывает для себя новые возможности, отыскивают скрытые внутренние ресурсы для разрешения проблем, которые ранее казались совершенно неразрешимыми [1].

  Таким образом, применяя психотехнику легкого транса при работе по восстановлению речи у больного, мы заметно активизируем его ассоциативные связи между усвоенными ранее практическими действиями и их вербальным обозначением, оживляем память и мышление, развиваем фантазию. Ведя больного в состоянии транса по значимому для него положительному событию, предлагая ему вновь почувствовать те ситуации, эмоции и ощущения, которые были в его жизни, стимулируя работу воображения и задавая вопросы, мы тем самым побуждаем потребность больного говорить самому, говорить именно то, что он представил. И, обладая к этому периоду уже достаточным словарным запасом, больной начинает переходить на диалогическую речь, которая не требует от него дополнительных усилий и напряжения мысли в подборе нужного слова. Больному становится легко разговаривать, занятия приносят положительные эмоции, положительная динамика налицо.


  1.  Эриксоновский гипноз. [Электронный ресурс]. – Электрон. ст. URL: http://sw-psiholog.ucoz.ru/publ/ehriksonovskij_gipnoz/ehriksonovskij_gipnoz/4-1-0-3, свободный
  2. Палкина, Л.А. Опыт оказания психолого-логопедической помощи больному афазией при введении его в состояние транса // Психотерапия. - 2014. - №. 10. - С. 57-59.